Леонид Волков: Если честно, то я стал оппозиционным Чуровым очень неожиданно. Безусловно, я знал, что после всех митингов и бесконечных вопросов в духе «А кто все эти люди, заседающие в оргкомитетах оппозиции? Кто все эти люди, которые ходят в мэрию согласовывать митинги? Кто все эти люди, которые сами митинги организовывают?» Было принято решение провести выборы или праймериз и создать легитимный Координационный совет российской оппозиции.
Так или иначе, как эксперт в области электронной демократии я начал консультировать организаторов выборов, и на очередном заседании мне предложили стать Чуровым от оппозиции. Отказываться было поздно, тем более, к тому времени я для себя решил, что не собираюсь участвовать в этих праймериз в качестве кандидата. Так я стал председателем избиркома общенациональных выборов в Координационный совет российской оппозиции, которые должны состояться 7 октября.
Бессмысленно задавать мне вопросы о том, чем будет заниматься избранный Координационный совет. Я не могу ответить на этот вопрос. Оргкомитет протестных действий решил провести эти выборы и поручил мне заняться их организацией. При этом я не знаю и не берусь предсказать, каково будет политическое содержание Координационного совета. Может быть, он ограничится только согласованием дат очередных митингов, а может быть, он будет пытаться принимать альтернативные законопроекты, подобно «теневому парламенту».
Еще меня часто спрашивают, почему выборы будут проходить именно от общегражданского списка и от курий «левых», либералов и националистов? Я не знаю. Мне лишь поручено организовать выборы таким образом. Конечно, можно долго обсуждать, является ли предложенное распределение округов оптимальным, но эти обсуждения не будут иметь отношения к процессу организации выборов.

Алексей Навальный: Какой главный вопрос, возникающий при подготовке не просто протестных митингов, но и любых политических кампаний, на обсуждения которого уходит 99% времени?
Главный вопрос: а кто вообще все эти люди, сидящие в "оргкомитете"?
Внутри оргкомитета он звучит как : а в каком все-таки составе мы принимаем решения?
Вне его: что это за хрены с горы принимают решения от лица оппозиции и протестного движения? Кто их уполномочил? Вы кто такие и вто вас звал?
Ответа на этот вопрос нет, ведь ответ "так получилось исторически (читай "случайно")" никого не устраивает. И меня он тоже не устраивает.
Мне не нравится, что мои , например, полномочия подвергают сомнению, но, с другой стороны, полномочий мне никто не давал.
Вспомните любой, даже положительный, репортаж о митинге. Там обязательно присутствует фраза: "мне нравилось то, что происходит на площади, но не нравилось, что происходит на сцене" или "очевиден грандиозный развыв между собравшимися и выступающими".
А скандалы, которые происходят каждый раз со списком выступающих? Романы можно писать об этих интригах. Перед каждым оргкомитетом приходится прятаться, потому что "Лёша, а ты не можешь решить вопрос, чтоб я тоже был в оргкомитете?".
Меня тошнит уже от этого всего. И всех тошнит.
Мы называем власть нелегитимной, потому что они фальсифицировали выборы.
Но у нас-то самих никаких выборов не было. Сплошной самозахват.
За выступлениями против оппозиционных выборов я вижу только опасения занять низкие места или не занять никаких.
Трусость и больше ничего. Вот Немцов же на выборы идет, не боится, хотя знает, что у него есть устойчивая группа противников. Потому что это и есть публичная политика: хочешь сидеть в президиуме с важным видом - вперёд на выборы.

Владимир Рыжков: - Как вы относитесь к праймериз оппозиции?
- Никак. Бессмысленная затея, совершенно никому не нужная. Разве в этом проблема протестного движения? Я думаю, что от такой игры в действиях может быть даже вред. Для успеха, как показали зимние акции, нужна широкая консолидация. Именно широта обеспечивала огромную народную поддержку. Единого лидера сейчас протесту выбирать не нужно, да и не из кого.
- Значит, участвовать вы не будете?
- Конечно, нет. Я не боюсь спекуляций, которые уже начались. Хочу напомнить, что я выигрывал четыре раза. На всех выборах, в которых участвовал. Говорить, что я боюсь, - глупо. Сейчас я планирую участвовать в выборах в гордуму Барнаула и в областной парламент Саратовской области. Это - реальная деятельность. Мы выпустили заявление бюро, в котором написали о том, что на самом деле следует сейчас делать. Нужно строить широкую коалицию, но без крайних националистов. Мы продвигаем идею круглого стола оппозиции с властью. Причем, оппозиция за этим столом должны быть представлена людьми самых разных взглядов.
- Получается, вы не будете считать легитимным выбранный Координационный Совет?
- Нет, не буду. Кроме того, что я считаю сомнительной саму идею, получающаяся выборка кажется мне совсем не полной.

Ирек Муртазин: Не хотел ничего говорить, но придется. Когда только появилась идея выборов Координационного совета оппозиции, меня не покидало ощущение, что эти выборы придумали и подбросили из управления внутренней политики Кремля. И вот почему.
Во-первых, по принципу «чем бы дитя не тешилось». Чем больше оппозиция будет тратить времени, сил, ресурсов на эти выборы, тем меньше у нее будет времени, сил, ресурсов на реальную политику, на то, чтобы теребить власть.
Во-вторых. У любых выборов есть победители и есть не победители. Не победившие, понятное дело, будут пенять на то, что и это было не так, и то не эдак. Что приведет к еще большому расколу оппозиции (на радость Кремля).
В-третьих. Много разговоров о том, что надо вылезать из блогосферы в реальную жизнь, а этими выборами оппозиция еще больше отсекает себя от реальной жизни, загоняя протестные настроения в гетто блогосферы (опять же на радость Кремля). А если точнее, фактически отгораживаясь от надвигающихся осенних социальных протестов. Осенью на улицу выйдет очень много людей (в массе своей пожилых), которые знать не знают и знать не хотят, что такое блог, твиттер, аккаунт... И какое будет иметь право Координационный совет представлять интересы этих людей? Вот выйдет какой-нибудь выбранный член КС на трибуну митинга, а ему скажут ты кто такой, мы тебя не знаем, мы тебя не выбирали, давайдосвидания. И будут правы. Потому что именно сейчас надо не выборами КС заниматься, а идти к этим самым бабулькам-дедулькам, рабочим, служащим, крестьянам и разговаривать с ними, разъяснять, почему растут тарифы на коммунальные услуги, а реальная покупательная способность зарплат и пенсий сокращается. И отвечать прежде всего на два извечных вопрос: кто виноват и что делать?
Если и проводить какие-то выборы, то Интернет-голосование должно быть только подспорьем, а основные выборы должны пройти в реале. Кто мешает организовать реальные избиркомы в спальных районах, в рабочих и студенческих общежитиях, на проходных заводов и фабрик? Это приблизит блогосферу к реальной жизни. Если и не приведет к расширению протестных настроений, то хотя бы увеличит количества людей, знающих, что у оппозиции есть люди, претендующие на лидерство.

Татьяна Черникова: Я не против того, чтобы часть оппозиции выбрала себе руководящий орган любым удобным для нее способом. Но, во-первых, людям следовало бы помнить, что они лишь часть оппозиции и не называть свой орган так амбициозно. А, во-вторых, я хотела бы прояснить свою личную позицию, почему я, будучи оппозиционером, не буду голосовать на этих выборах.
Большую часть аргументов против этого голосования уже изложил Григорий Голосов в своей статье «Не быть Чуровым»
Я же просто скажу, что является определяющим для меня.
Сейчас же оргкомитет пытается выйти за пределы роли технического организатора протестных митингов и претендовать на политическое представительство участников этих митингов. А значит теперь перед тем, как выйти на площадь, любой человек будет не только задаваться вопросом «Хочу ли я побороться за честные выборы на митинге?», но и вопросом «Нужно ли мне своим приходом усиливать политические влияние организаторов митингов?» И те, кто отвечают положительно на первый вопрос и отрицательно на второй вполне возможно перестанут ходить на митинги.
Организаторы «праймериз оппозиции» не делают никаких предложений по разрешению ни идейных разногласий в оппозиции, ни разногласий в вопросе стратегии борьбы. А, значит, эти разногласия никуда не денутся и после этих выборов. По опыту предыдущих объединительных проектов уже можно представить, что будет дальше: издержки от внутренних разногласий и внутренней борьбы превысят сомнительную пользу от ложного объединения.
Голосуя за того или иного человека на выборах, я смотрю не только на то, насколько кандидат хорош сам по себе, но и насколько человек подходит для той должности, на которую он претендует.
Чем будет заниматься Координационный совет оппозиции кроме какого-то абстрактного «координирования» мне совершенно не ясно, а, значит, и не понятно по какому принципу мне выбирать, за кого голосовать.
При любых выборах есть определенный список избирателей. Если речь идет о выборах городских органов власти, важно не допускать голосования жителей других городов. Если речь идет о выборах партийного руководства, важно не допускать голосования не членов партии.
При выборах руководства оппозиции важно не допускать голосования довольно большой части населения, поддерживающей нынешнюю власть. При предложенной модели свободной регистрации избирателей это сделать просто невозможно, а при создании любых фильтров возникнет вопрос «А судьи кто?».
Насколько мне известно, организаторы этих выборов не проводили предварительных переговоров о способе организации выборов с большинством уже существующих оппозиционных партий и тех, что проходят сейчас регистрацию. Если организаторы выборов не умеют или не хотят договариваться с лидерами другой части оппозиции, то вряд ли они смогут договориться и со сторонниками последних.
А, значит, тут действует старый принцип «Я первый объявил о способе объединения. Присоединяйся ко мне, или ты против объединения оппозиции». Это некий способ шантажа, которому я не хочу поддаваться.

Григорий Голосов: А первоочередной вопрос по поводу политических мероприятий - это не «как?», а «зачем?». Зачем, собственно, эти выборы? Ответ «для того, чтобы сформировать координационный совет» - не принимается, потому что его можно сформировать иными, более простыми и эффективными способами. Да и формировать, собственно говоря, не очень надо. Оргкомитеты уже проведенных митингов состояли из довольно узкого круга лиц, которые известны и вполне могли бы войти в постоянно действующий орган по совокупности имеющихся заслуг. Нет, формировать КС путем выборов предлагается с другой целью, которую Волков формулирует так: «придать легитимность оргкомитету, который занимался организацией протестных акций с декабря прошлого года».
Это, конечно, главное обоснование идеи оппозиционных выборов. Оно носит не прагматический, а философский характер, поскольку соотнесено не с практическими целями движения, а с неким видением идеального мира, в котором все хорошее обладает демократической легитимностью.
Значительную (как правило, преобладающую) часть народа в любой либеральной демократии составляют люди, политикой не интересующиеся и почти ничего о ней не знающие. Именно для них выражение доверия к власть имущим, или демонстрация отсутствия такового, является главным стимулом для участия в выборах. И если речь идет именно о выборах во власть, то это работает. Всякий ведь знает, нравятся ему существующие правители или нет. Это ощущается карманом или иными чувствительными органами, вовсе не обязательно разумом. Но вот если речь идет о выборах оппозиции, то основания для оценки у основной массы потенциальных избирателей просто отсутствуют. Оппозиционеры ведь, как не устает напоминать телевизор, ничего не делали, а только критиковали и протестовали.
Отсюда следует, что выборы оппозиции, при любом уровне технической организации, не способны дать искомого - демократической легитимности. Подчеркну: это вытекает не из противодействия властей (которое, конечно, будет сильным), а из самой природы представительной демократии. На настоящих выборах народ голосует за оппозицию не потому, что она критикует и протестует, и не для того, чтобы она продолжала этим заниматься, а из-за веры в то, что она может стать властью не хуже нынешней. Если такой веры нет - а на «оппозиционных выборах» ее не может быть по определению - то процедура бессмысленна. Народного мандата не будет.

Кирилл Шулика: К великому сожалению, перед региональными выборами умами оппозиции завладела идея внутреннего голосования по избранию непонятно зачем нужного Координационного совета с непонятными полномочиями. Очень хорошие тексты на эту тему написали один из блестящих специалистов в политической науке Григорий Голосов и журналист Ирек Муртазин, поэтому я повторяться не буду.
Скажу лишь о том, что мимо политиков, присвоивших себе право говорить от имени всего протестного движения, может пройти очередная региональная предвыборная кампания. Вместо выдвижения кандидатов и агитации за них, устраивается массовая поклейка листовок про Бастрыкина или автопробеги на машинах с надписями «За Навального». Я уж не знаю, как на это должны реагировать избиратели, которые в принципе поддерживают оппозицию и готовы отдать ей свой голос. Увидели они лозунг «За Навального», хорошо, они за, но где за него можно проголосовать, в какой орган власти он баллотируется, ответа на данный вопрос участники автопробега не дают.
И вот на таком фоне так называемая внесистемная оппозиция решила придать себе больше веса среди сторонников с помощью внутренних выборов. Я не считаю эту идею неожиданной, она вытекает из всей модели поведения ряда лидеров, строящих свою деятельность на полном изоляционизме от существующей политической системы. То есть им достаточно быть первым парнем на деревне, любимцем пусть даже 100 тысяч сторонников, и поэтому у них нет никаких амбиций ехать в город, то есть участвовать в реальных выборах.

Телеканал "Дождь": В Республиканской партии России - Партии народной свободы (РПР - ПАРНАС), которая только вчера получила регистрацию в Минюсте, уже начались первые разногласия. Борису Немцову и Илье Яшину напомнили о партийной дисциплине.
Бюро партии, в том числе ее сопредседатели Владимир Рыжков и Михаил Касьянов, выступило против прямых выборов в координационный совет оппозиции, предупредив, что «внутреннее соревнование между лидерами оппозиции приведет к расколу». РПР - ПАРНАС должна быть организатором и активной частью общегражданского протестного движения, а «победа демократии» возможна только на базе консолидации усилий в рамках объединенного оргкомитета протестных действий.
Оргкомитет, в котором вместе с Сергеем Удальцовым, Алексеем Навальным активное участие принимает Борис Немцов, 31 июля решил дополнительно сформировать оппозиционный координационный совет из 45 представителей разных политических сил. Его отличие от действующего оргкомитета состоит в том, что в него представители оппозиции должны быть избраны на основе голосования, в том числе в интернете: таким образом станет ясно, кто представляет интересы граждан, которые выходили на протестные акции начиная с декабря прошлого года. Сопредседатель партии Борис Немцов инициативу поддержал, и ему тут же напомнили про партийную дисциплину.
С нами на связи со студией ДОЖДЯ сопредседатель РПР - ПАРНАС Валентина Мельникова.
Мельникова: Я, к сожалению, не сопредседатель нашей новой объединенной партии, но я член бюро Республиканской партии и ПАРНАСа. Хочу поддержать своих коллег Рыжкова и Касьянова, потому что эти игры с выборами в интернете, на мой взгляд, - имитация демократических процедур. Сейчас протестное движение настолько широко и всеобъемлюще, что пытаться любым путем назначить лидеров - контрпродуктивно.
Наша позиция: если делать координирующий орган (это было зимой, мы собирались, был большой совет), важно, чтобы каждая общественная и политическая сила, которая не имеет возможности действовать легально, имела свое представительство. На самом деле, легенда о том, что якобы есть 2-3 лидера, которых все поддерживают - это легенда. Сейчас нет определенных, четких лидеров, поэтому важно, чтобы все были представлены. Выборы в интернете - это игрушка для немногих, ведь кроме Москвы и Питера существует еще Россия.

Slon.ru: Осенью оппозиция планирует провести выборы в Координационный совет, который, как ожидается, будет играть основную роль в организации протестных действий. Slon предлагает краткий FAQ о том, как эти выборы будут организованы, сопровождая это комментариями от организаторов и от тех, кто принципиально в выборах участвовать отказался.
- Когда пройдет голосование?
- По предварительным данным - 7 октября.
- Сколько человек избирается?
- Всего избираются 45 человек. 30 по общему списку и 15 по квотам (5 от либералов, 5 от националистов и 5 от левых).
- Каковы требования к кандидатам?
- Кандидат должен заявить, что разделяет основные цели и ценности российского протестного движения, выраженные в декларациях митингов на проспекте Сахарова и Болотной площади.
- Кандидат должен заполнить регистрационную форму на сайте, где будут биографические