Пато-конспирология

«Скажи-ка, Слава....»

01.12.2008 | понедельник | Пато-конспирология

Странно, что «Веник» не начал именно так свое видеообращение.

И красиво было бы, и адресно, и - если кто еще помнит первоисточник - речь в конечном итоге шла именно об этом: «…Москва, спаленная пожаром, французу отдана».

Ну, не французу, теперь – олигарху. И не Москва - вся Россия. «И грех тебе, Слава, теперь что-то об этой самой России - сиречь, основе ее основ, среднем классе – вещать». Примерно так.

Но

И - сразу предупреждаю - в дискуссиях на тему «как нам защитить средний класс» и «сможет ли это сделать Сурков» принимать участие не намерена. Не потому, что нет темы для дискуссии.

Тема есть, но меня гораздо более интересует другое. Как конспиролога - и мать-основательницу понятия «пато-конспирология» меня интересует в этой истории вот что.

Почему именно теперь А. Венедиктов - столько лет кряду усердно шаркавший башмаками по кремлевскому паркету и состоящий на добросовестном довольствии в главном монополисте страны, по совместительству - оплоте кровавого режима «Газпроме», вдруг впал в эдакую фронду?

Не в системно-оппозиционное противостояние Кремлю - для чего, собственно, и решено было регулярно подкармливать с руки кровавыми газпромовскими серебрянками и «Эхо», и еще целый ряд «рупоров и светочей» либеральной идеи, а именно, что в такую вызывающую, публичную фронду?

О "бесовстве публичности", кстати, писала ведь совсем недавно, и «казус «Веника» здесь - очень показательная иллюстрация. Понятно ведь, что нет проблем у главного редактора «Эха» спросить Суркова обо всем напрямую. В прямом эфире «Эха», к примеру.

Но ведь там - в прямом эфире - Сурков может и ответить. И даже ответит наверняка. А этого спрашивающий как раз-таки и не хочет категорически, его задача - не получить ответ на прямой вопрос (укор, упрек, обвинение), а сообщить о своей позиции как можно более громко. И сделать это первым. Так, чтобы тот, кому адресован выпад, вынужден был бы уже отвечать, причем с известной потерей времени - то есть, почти что оправдываться.

А по поводу громкости и привлечения как можно большего внимания, тут нам явлены просто чудеса политтехноужимок. Не слишком рассчитывая, видимо, на собственную аудиторию, вернее - хорошо понимая, как «узок круг этих революционеров», главный редактор СМИ (состоящего, напомню, на властном бюджете) бросает перчатку в лицо власти на.... RU Tubе, аудитория у которого - само собой - поболее будет.

Ну и картинка, опять же.

Вполне вероятно, что «Веник» всерьез полагает, что «лик его ужасен» и перепуганный властелин одной из Башен из бастиона бежит, в страхе и тоске.

Но я отвлеклась. Вернемся к главному - отчего же вдруг?

Не вдруг.

И в этом - как мне представляется - все дело.

Давайте, что называется, отмотаем пленку назад. И за примерами далеко ходить не придется - все они здесь, перед нами.

Итак…

1. 20 августа, подводя первые итоги грузино-южноосетинского конфликта и высказывая предположения о некоторых возможных его последствиях, я писала: «20.Военные, геополитические и стратегические изменения статуса России неминуемо повлекут за собой сдвиги во внутренней политике. Крайне либеральная, проамериканская часть российской политики («Другая Россия», Объединенный Гражданский Фронт Каспарова, и т.д.) и ее информационные рупоры («Эхо Москвы», «Новая Газета», сайты АПН и Назлобу.ру С.Белковского и т.д.) в новых условиях прямого конфликта с США теряют свой смысл, так как Москва более не нуждается даже в имитации «терпимости» к крайней либеральной оппозиции».

2. Потом началось классическое броуновское движение, когда «джентльмены то давали слово, то брали его обратно». "Венедиктов каялся на страницах "Известий", отправлял Новодворскую в бессрочный отпуск. то ли в компании иных пассионарных «эховских» дам, то ли - без оных. Не суть. Ч

то-то «смешалось в доме Облонских», либеральная общественность замерла в чутком тревожном ожидании. И правильно сделала.

3. Позже - с веселым журчанием заструился известный "слив Рэмника" в New Yorker и «кающийся Веник» поспешил от всего отречься. Но в суд на Рэмника отчего-то не подал и опровержения от New Yorker, который, кстати, поведал еще много чего интересного о встречах, повадках и обыкновениях эфирных звезд «Эха», не потребовал.

И, разумеется, не получил.

Из чего - с неизбежностью следует - что написал Рэмник правду, одну только правду. И даже ничего от себя не добавил.

И «Веник» - понятное дело - напуган, и ждет неких последствий, но при всем том пытается сохранить лицо.

Проницательный читатель в этом месте неизбежно задастся вопросом: каких последствий?

И я, разумеется, ему немедленно отвечу: финансовых.

Не более того, что бы там не рисовала себе разыгравшаяся фантазия пассионарной В.И., которая, как известно, давно мечтает об одном: быть расстрелянной на внутреннем дворе Лубянки. Не расстреляют.

А вот с финансированием - тем паче, с учетом п.20 моей августовской аналитики, вдобавок ко всему - в условиях кризиса - могут возникнуть проблемы.

Это - да.

И это, по-настоящему пугает.

Настолько, что у некоторых сдают нервы.

И....

4. ...и в очередную дискуссию по поводу "Эха"приходит человек, явно сильно взволнованный и от того.... как бы это помягче сказать - не вполне адекватный.

Иначе не написал бы того, что написал, а написанное показалось мне столь феерическим утверждением, что я даже решила сохранить его для потомства.

Ну, или истории Газпрома, паче придется когда-нибудь кому-нибудь ее писать. И скажут мне «спасибо».

Иными словами, если кто вдруг не понял: «Эхо» кормит «Газпром».

И точка.

Ру.

То есть, Эх.

Признаюсь, потрясена была настолько, что вчера поздно вечером, встречая газпромовских друзей, возвратившихся с Кубы, от предложенного кофе отказалась.

- ???

- Да как-то не хочется угощаться за счет «Эха».

- ???!!!???!!!

Пришлось объясниться.

Мне тоже пообещали объясниться.

В смысле, показать цифры, дабы кофе я могла пить спокойно. Не более того.

И, разумеется, я их приведу.

Это, однако ж, эпизод частный и скорее курьезный.

Впрочем, и «наезд» Венедиктова на Суркова иначе чем курьезом тоже не назовешь.

Понятно ведь, о чем идет речь.

О финансировании, которое... см. выше.

А дальше все давно известно. Проходили. Наблюдали. Помним.

Я почему-то вспомнила сейчас трясущееся губы Киселева, «жирные от фуа-гра»(тм), когда ужимали финансирование НТВ, вернее - передавали финансовые потоки в руки других людей.

У него тогда еще был свой эфир.

У Веника теперь есть RU-Tube. И вся разница.

Марина Юденич

Версия для печати

Добавить в:

Постоянная ссылка :