Совет Европы не смог объявить Крым "адом на земле"

Прошло всего пару месяцев и свершилось долгожданное: спецпредставитель Совета Европы Жерар Штудман представил доклад по результатам своей январской поездки в Крым.

Как мы помним, на полуострове миссия ЕС находилась всего несколько дней - с 25 по 31 января этого года. Признаемся, что столько короткий срок действительно что-либо понять в жизни крымчан не просто. Однако, если сильно захотеть, то можно и из 50 встреч, проведенных представителями миссии в Крыму, сделать глубокомысленные и далеко идущие выводы. Тем более, если основная цель приезда европейских правозащитников - добиться постоянного присутствия представителей Совета Европы в этом регионе.

Но как ни старались члены миссии доказать, что коренные народы (а интересовали их, в первую очередь крымские татары) бесправны и задавлены страшной «репрессивной машиной», успехом их старания так и не увенчались.

Прежде всего, отмечает Штудман, никаких препятствий для встреч с многочисленными представителями гражданского общества миссия не отметила. То есть, с кем хочешь, с тем и говори. Даже на уроках двух школах делегаты побывали - крымско-татарской и украинской.

Конечно, в своих выводах  Жерар Штудман заявляет: «Это ненормально и неприемлемо, что население в 2,5 миллиона не имеет доступа к механизмам по защите прав человека, доступным всем европейцам, - отметил дипломат. - Совет Европы должен защищать людей где бы они ни находились на нашем континенте, при любых обстоятельствах».

То есть смысл понятен: пустите нас обратно, все наши НКО и прочие грантовые организации, и мы научим вас, как надо правильно жить и защищать ваши права.

Что же страшного смогли увидеть члены европейской делегации в Крыму? «Репрессии, кажется, ориентированы на тех, кто позиционирует себя противником существующей власти, а не отражают систематическую политику по отношению к крымским татарам, к которым это относится даже в меньшей мере, чем к  представителям других национальностей».

То есть, никаких массовых репрессий и «подвалов КГБ» обнаружить они не смогли, хотя не только встречались с недовольными, но даже в тюрьме побывали, где  Жерар Штудман встретился с заместителем председателя Меджлиса крымско-татарского народа Ахтемом Чийгозом. Тем, кто сейчас ожидает приговора в Симферополе.

Но и тут ничего криминального накопать правозащитникам из Европы не удалось: хотя Чийгоз и не считает свой арест законным, но признал, что на условия содержания или жестокое обращение  жалоб у него нет. Досадно, но против фактов не попрешь!

Упоминаются в докладе миссии 16 украинских заключенных, которых необходимо передать Украине. Как мы помним, в момент воссоединения Крыма с Россией , в тюрьмах полуострова находились лица, осужденные еще украинской властью. 22 человека из них захотели отбывать свой срок на территории  Украины. В настоящий момент желающих осталось только 16 и вот их бы надо все-таки вернуть Киеву, уверены правозащитники.

Да, конечно, из бесед с некоторыми недовольными жителями они сделали вывод, что кое-какие нарушения и злоупотребления имеют место быть. Однако, к примеру, факты исчезновения людей относятся, в основном, к 2014 году. Такие случаев отмечено от 10 до 15, и все они находятся в стадии расследования. При этом,  члены делегации отметили, что 2 последних происшествия, датируемых 2016 годом, расследовались в момент пребывания миссии на полуострове, в них политического подтекста правозащитники не обнаружили, зато отметили, что следствие ведется на должном уровне.

Конечно, значительное место в докладе было отведено «Меджлису крымско-татарского народа».

Конечно, в строчках доклада читаются претензии к закрытию самого "Меджлиса" и занесение его в разряд экстремистских организаций.  Создается впечатление, что Жерр Штудман и его коллеги не знают, почему же так произошло. И ни разу не слышали о действительно экстремистской деятельности "Меджлиса", мимо их внимания прошла и летняя продуктовая блокада, которую устроили Крыму  Джемилев и его подручные совместно с «Правым сектором» (и под молчаливое одобрение Киева), ни энергетическая блокада, когда полуостров две недели почти полностью был обесточен. Не знают они и планы руководства этого непризнанного органа то устроить теракт в районе строящегося моста, то еще какую-нибудь пакость учинить.

Правда  представители миссии признали, что, хотя «некоторые члены "Меджлиса" находятся в изгнании» (то есть, господа Джемилев, Чубаров и компания),  многие бывшие меджлисовцы при этом «занимают высокие посты в местной власти».

Сетуя о том, что Меджлис признан организацией экстремистской, мол, это приведет к «новым репрессиям в отношении крымско-татарской общины»,  в своем докладе Штудман все-таки заметил, что в Херсонской области Украины к северу от Крымского полуострова тренируется военизированное формирование, в состав которого входят как крымские татары, так и другие мусульманские волонтеры (батальон «Аскер»).

Из бесед с жителями Крыма делегаты узнали, что провокации со стороны этих вооруженных (а законных ли?) формирований вполне реальны, а это способно только разжечь антитатарские настроения и усугубит раскол в обществе. Иначе говоря, именно действия представителей «Меджлиса в изгнании» могут ухудшить обстановку в регионе, а никак не действия российских властей.

В целом, даже если и хотели европейские правозащитники найти массовые нарушения прав человека (больше всего их интересовало положение крымских татар)  в Крыму, идея эта не удалась.

Вот даже, черт побери, демонстрация крымско-татарской символики в Крыму ненаказуема. И даже российские власти, чтобы «обезвредить оппозицию», пошли на очень «жесткий шаг», предоставив правовую реабилитацию татарам в связи с их депортацией по решению И.Сталина.

То есть, отмечают члены  миссии, политика России в отношении крымских татар им представляется удачной. Ведь и язык татарский признан государственным, и крымско-татарские учебные программы в школах никто не запрещал,  и мечети не закрывали.

А все имеющиеся жалобы, по большей части, никакого отношения к  проблемам правозащиты населения или нарушения пунктов Европейской конвенции не имеют. Хотя общий тон доклада, надо сказать, скорее печальный, чем оптимистичный.

И выводы сделаны соответствующие: мы должны добиться нашего возвращения в Крым, чтобы мониторить ситуацию на постоянной основе и выдавать свои рекомендации. По сути, видимо, это и было главной целью поездки - найти щель, чтобы протиснуть свои руки в Крым. Но все-таки, члены миссии СЕ, по крайней мере, сделали попытку быть объективными.

Однако, как бы не грустили правозащитники о чьих-то ущемленных правах, опросы крымчан говорят об обратном: основная часть населения не разочаровалась в своем выборе, сделанном  два года назад на референдуме о воссоединении с Россией.

И можно было бы сказать, что опросы, проводимые российскими социологическими службами недостаточно показательны. Однако ровно такие же результаты получили и украинские исследователи, и киевские журналисты. Которым - вот ведь странно, правда, никто не воспрепятствовал проводить свои опросы.

Аля Пустова


Автор
Пустова Аля